Главная » Футбол » Смерть найдёт тебя в Самарре. Главное событие европейского сезона неизбежно

Смерть найдёт тебя в Самарре. Главное событие европейского сезона неизбежно

Смерть найдёт тебя в Самарре. Главное событие европейского сезона неизбежно
Для этого клуба игра закончена.

Притча о мужчине, который встретил свою смерть на рынке в Багдаде и попытался скрыться от неё в Самарре, получила недавно своё третье перерождение благодаря бибисишному «Шерлоку». Её мораль, отбросив свойственный восточной мудрости пафос, заключается в следующем: невозможно уйти от неизбежного, и то, что прямо сейчас кажется шагом вперёд, на самом деле оказывается шагом вперёд к пропасти. Предначертанности судьбы, возможно, и нет, но когда ты делаешь смыслом жизни побег от неё, это в конечном итоге убьёт тебя.

1 июня 2015 года «Гамбург» встретил свою смерть не на рынке в Багдаде, а на футбольном поле в Карлсруэ. Единственная команда Бундеслиги, которая провела в ней все сезоны, была в 10 секундах от вылета. 0:1 в ответном матче после 1:1 дома, и в последней атаке «Гамбург» зарабатывает штрафной. Рафаэль ван дер Варт собирается бить — это его точка, и он готов стать спасителем великого клуба. Но мяч у него отбирает Марсело Диас. «Завтра, мой друг. Завтра!» — заорал Диас ван дер Варту, ещё не осознавая, что никакого завтра у команды в этом виде может не стать прямо сейчас. Диас прицелился. Стенка нервничает. Диас поднимает глаза от мяча. Замах. Удар. Мяч в сетке. Гостевой сектор сходит с ума, ломая ограждения. «Есть такие ситуации, когда мяч только оторвался от твоей ноги, а ты уже понимаешь: это гол. Это был тот случай. Я начал праздновать ещё в тот момент, когда мяч был в воздухе», — скажет Диас спустя время.

В овертайме «Гамбург» дожал поникший «Карлсруэ». То, что на следующий день было названо чудесным спасением динозавров Бундеслиги, на деле оказалось лишь началом пути в Самарру.

За три прошедших года с момента удара Диаса «Гамбург» сделал своим культом побег от смерти. Это выражается в символических вещах: часы с отсчётом времени клуба, проведённого в Бундеслиге, стали самой знаменитой деталью домашнего стадиона, а футболисты, вместо того, чтобы работать над ошибками, на полном серьёзе после поражений говорят: «Всегда в последние годы нам удавалось спастись — значит удастся и сейчас». «Гамбург» уверовал в то, что сможет убежать от смерти в любой ситуации.

Но гораздо хуже, что побег от смерти стал идеологией клуба и в практическом смысле, и это только приближало его появление в Самарре. Дело в том, что в последние три сезона «Гамбург» вёл абсолютно беспорядочную трансферную кампанию, направленную лишь на то, чтобы найти спасителя. Давно нет ни Диаса, ни ван дер Варта, а трёхлетнее отрицательное сальдо между покупками и продажами составило почти 65 млн евро. Больше за это время потратили только «Бавария» и «Лейпциг». При этом у ганзеатов восьмая зарплатная ведомость в лиге — во многом из-за ошибок прошлого. Например, Льюис Холтби, который в этом сезоне провёл на поле всего 544 минуты, имеет контракт на 3,5 миллиона евро в год, и вместо того, чтобы подстроиться под сложившиеся условия и оптимизировать платёжку, «Гамбург» совершает новые траты и наслаивает ошибки.

Ровно такая же ситуация с тренерами. Любая близость к пропасти заставляет руководителей клуба паниковать ещё сильнее, и крайними всегда оказываются тренеры. В общей сложности четырём последним уволенным главным «Гамбург» выплатил почти 9 млн евро неустойки — на эти деньги клуб с хорошим менеджментом, вроде «Аугсбурга» или «Майнца», может купить трёх игроков, которые долго будут приносить пользу команде. Каждый из тренеров до определённого момента появлялся в «Гамбурге» с оптимизмом и высокими задачами, каждый покидал клуб в шоке от хаоса, который овладел клубом. «Никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным, вы не можете работать в таких условиях. „Гамбург“ больше не связан с футболом», — сказал после своей отставки в 2011 году Армин Фе. «В клубе происходило столько всего, что сосредоточиться на футболе было почти невозможно. Никогда с подобным не приходилось иметь дело», — практически повторил слова Фе уволенный три года спустя голландец Берт ван Марвейк.

Фе и ван Марвейку удалось лаконично описать процессы разложения клуба на плесень и липовый мёд. «Гамбург» не связан с футболом» и «В клубе происходило столько всего» — это не только о трансферном безумии и смене тренеров. Это в большей степени о пагубном влиянии денег миллиардера Клаус-Михаэля Кюне, марионетки которого принимают в клубе решения, и о смене формы управления. Профессиональная команда вышла из состава юридического лица спортивного общества, образовав новую структуру HSV e.V., выпущенные акции распределяются на данный момент таким образом — 76% принадлежат спортивному обществу «Гамбург», 20,5% в руках у Кюне и ещё около 3,5% распределены между тремя семьями, связанных с клубом. То, что должно было спасти «Гамбург» от надвигающейся финансовой катастрофы за счёт привлечения дополнительных инвестиций, на деле только усугубило положение. Почти сразу началось противостояние Кюне с другим инвестором, Александром Отто, который вкладывал в академию клуба и тоже хотел влиять на его реорганизацию. Тренерский хаос и внутренние противоречия в клубе отталкивали людей, готовых вкладываться в «динозавров» — и клуб действительно потерял связь с футболом.

Коллапса можно было избежать, если бы «Гамбург» перестал бегать от смерти, а постарался ей противостоять — жёстко ограничить зарплатную ведомость, наложить внутреннее вето на большие трансферы и дать хоть какому-нибудь тренеру возможность работать без нервяка. Но этого не происходило на протяжении почти 10 лет, и теперь катастрофа неизбежна. Если «Гамбург» вылетит в этом сезоне, то сильно рискует повторить судьбу другого традиционного клуба, «1860 Мюнхен», который был объявлен банкротом из-за неадекватного инвестора и общего непонимания, как управлять кризисной структурой. Сейчас самый страшный момент для вылета: долги «Гамбурга» велики, а структура HSV e.V. за время работы зафиксировала ровно ноль евро прибыли при убытках в 48,7 млн евро. Однако история ничему не учит клуб: они снова назвали крайним тренера, и Маркус Гиздоль получит неустойку в 2,5 млн евро. Руководители же продолжают копать друг под друга: в начале февраля стало известно, что член наблюдательного совета Феликс Гёдхарт пытался настроить своих коллег против менеджера Хериберта Бруххагена и спортивного директора Йенса Тодта, чтобы пролоббировать кандидатуры Бернхарда Петерса и Франка Ветштайна. Просто осознайте весь абсурд происходящего у гамбургского трона: Гёдхарт даже не предупредил Петерса и Ветштайна, что лоббирует их в руководство!

И в этот страшный момент охлократии и безденежья команда максимально близка ко второй лиге. В выходные «Гамбург» проиграл матч на признаки жизни: северное дерби с «Вердером», тоже балансирующим у опасной черты, должен был дать ответ на то, способна ли команда зацепиться за спасение. «Вердер» был ужасен, но «Гамбург» оказался ещё ужаснее, а самое отвратительное для ганзеатов заключается в том, что теперь от них отвернулась даже удача. Удача, которая задула мяч, пущенный Диасом в ворота «Карлсруэ» три года назад, больше не хочет тянуть клуб со дна. «Гамбург» не просто проиграл в дерби 0:1 — единственный мяч был забит защитником «динозавров» в свои ворота при попытке вынести его в поле. А мешавший ему соперник за секунду до этого находился в положении, которое сильно напоминало офсайд. Всё против «Гамбурга». Добро пожаловать в Самарру.

У команды сейчас 17 очков, даже от зоны стыковых матчей её отделяет семь пунктов. При условии, что выживание в Бундеслиге гарантируют около 38 очков, «Гамбургу» нужно набрать около 20 в последних десяти матчах — похоже на утопию. История с вылетом ганзеатов станет главной в европейском сезоне не только потому что закончится эпоха — традиционный клуб с гигантской историей впервые окажется за пределами высшего дивизиона с момента создания Бундеслиги. Эта история будет с важной моралью: если драка со смертью неизбежна, вступать в неё надо как можно раньше. Попытки побега сделают только хуже.

«Я не ожидала увидеть его в Багдаде, потому что сегодня вечером у нас с ним свидание в Самарре», — говорит в завершении притчи Смерть. В Карлсруэ было ещё слишком рано, но теперь время пришло.

Оставить комментарий

@